Свидетельство в Нюрнберге
Во время Нюрнбергского процесса писательница Северина Шмаглевская, автор книги «Дым над Биркенау», была вызвана в Международный военный трибунал. Из Польши было приглашено всего два свидетеля – я и Ра́йсман. Я должна была рассказать правду об Освенциме‑Биркенау, о том, что до сих пор остаётся несказанным, и обвини́ть преступников, которые изо всех сил пытались оправдаться.
Нюрнбергский процесс – бремя ответственности
Судьи и прокуроры, учитывая просьбу польских и советских адвокатов, согласились заслушать двух польских свидетелей – меня и Ра́йсмана. Формально обвинительный акт уже был готов, но суд учёл аргументы польской стороны и предоставил нам слово.
Это стало тяжёлым грузом на наших плечах. Мы знали, что наша история будет запечатлена в сознании людей, хотя тогда мы сами были бессильны перед лицом ужаса.
Отрывок из книги «Невинные в Нюрнберге» Северины Шмаглевской, недавно изданной издательством Prószyński i S‑ka.
Мы бессильны перед незыблемыми формами существования на планете, где живут люди, отказывающиеся принять свою судьбу – бессильны перед Освенцимом, Хиросимой, перед любой формой террора.
Изменила ли революция мир?
За столом в судовом столовке я наблюдала, как кулинары в белых шляпах сервируют «американскую» еду: соус терракотового цвета, жаркое, морковь, салат, шоколадный десерт. Запах жареного бекона и специй заполнял помещение.
Северина Шмаглевская (1916‑1992) – польская писательница, автор романа «Чёрные ноги» для молодёжи.
Я поставила тарелку, но чувство голода исчезло. Порция выглядела как рекламная иллюстрация, и я вспомнила, что несколько месяцев назад такой же кусок пищи был бы настоящим сокровищем для голодающих в лагере.
Улыбнувшись повару, я быстро вышла из столовой.
Сердце билось сильно, а предстоящие истории казались далёкими, как галактики.
В коридоре всё ускорялось: шаги, открывающаяся дверь, небольшая комната с тёмным деревянным панелированием. Журналисты уже заняли места.
Мы потеряли два места из четырёх
Страх охватил меня. Я хотела бы держать в руках землю из Биркенау, черпая из неё сверхчеловеческую силу, чтобы ответить на вопросы суда. Но лишь два из четырёх польских свидетелей смогли явиться.
Первым был призван по телефону Джозеф Цыранкевич, премьер-министр Польши (1947‑1970), но из‑за снежной бури его самолёт застрял, и он не успел появиться.
Второй потенциальный свидетель – эксперт, директор исторического института, собиравший материалы о нацистских лагерях. Поскольку он сам не был узником, Международный трибунал отказал ему в свидетельстве.
Ни Ра́йсман, ни я не могли заменить этих людей, чьё отсутствие стало большой потерей.
Отрывок из книги «Невинные в Нюрнберге» Северины Шмаглевской, изданной издательством Prószyński i S‑ka.
Я ожидала в комнате свидетелей несколько дней, стараясь не общаться ни с судьями, ни с адвокатами, чтобы не обсуждать детали: цвет грязи в Освенциме, запах дыма из крематориев, температура пламени в трубе… Всё это должно было стать частью моего показания.
Источник
- Отрывок из книги «Невинные в Нюрнберге» Северины Шмаглевской, опубликованной издательством Prószyński i S‑ka.
