70‑летняя годовщина Балфурской декларации напоминает о том, как в 1917 году Великобритания поддержала идею создания еврейского национального дома в Палестине, тогда почти полностью населённой арабами.
Как возникла декларация
31 октября 1917 года на заседании кабинета министров британского правительства дипломат Марк Сайкс радостно вошёл в комнату, где уже ждал еврейский лидер Чаим Вейцман. Сайкс произнёс: «Доктор Вейцман, у нас новость!» – речь шла о коротком письме, которое впоследствии получило название «Балфурская декларация». Письмо адресовано не Вейцману, а банкуару Сэр Уолтеру Ротшильду, одному из лидеров британского сионизма.
Гордость или отчаяние?
Почему британское правительство решило поддержать еврейские национальные стремления? Было ли это проявлением идеалистической благосклонности или расчётной политики во время Первой мировой войны? Премьер-министр Дэвид Ллойд Джордж и министр иностранных дел Артур Бальфур, вероятно, видели в этом способ укрепить свои позиции на Ближнем Востоке, а также попытку заручиться поддержкой еврейских общин в США и среди союзников.
«Выбор редакции»
Текст декларации формировался долго и тщательно, в том числе с учётом мнения президента США Вудро Вильсона. Было решено говорить о «национальном доме», а не о «национальном государстве», чтобы не оттолкнуть арабское население. При этом в декларацию было внесено уточнение, что «не должно ущемляться гражданские и религиозные права существующих нееврейских общин».
Стратегические расчёты
Британцы поддержали идею еврейского дома не только из идеологической, но и из стратегической выгоды. Ожидалось, что наличие англо‑еврейского альянса усилит позиции Британии в регионе, где они уже продвигались к Иерусалиму и Иерихону. Кроме того, декларация могла бы способствовать американской поддержке и привлечь еврейскую помощь на фронтах против России и Германии.
Личная роль Чаима Вейцмана
Существует легенда, что Вейцман, будучи химиком, помог британцам в производстве синтетического ацетона, необходимого для взрывчатки. По одной версии, именно тогда он попросил у Бальфура «национальный дом для моего народа», что произвело на того сильное впечатление. Точных доказательств этой истории нет, но ясно, что оба политика поддерживали сионистскую идею.
Последствия декларации
Балфурская декларация спровоцировала приток еврейских иммигрантов в Палестину, что усилило напряжённость с арабским населением. Британская политика, меняющая сторону поддержки от одной группы к другой, привела к тому, что в 1948 году Британия покинула регион, оставив после себя конфликт, который продолжается по‑настоящему.
Таким образом, декларация была далеко не безупречным актом: она сочетала в себе геополитические интересы, идеологические убеждения и попытку удержать контроль над стратегически важным регионом, но в итоге принесла мало пользы самой Великобритании, а вместо этого стала одной из причин затяжного израильско‑палестинского конфликта.
