Вторжение в Киев
19 сентября 1941 г. немецкие войска вошли в Киев. В час дня на Бессарабке немцы ворвались в магазины, разграбили их, а стражи не пустили жителей из дворов. Там же арестовали несколько евреев, избили их до крови и погрузили в грузовик.
Незия Элгорн вернулась домой по адресу ул. Саксаганского, 40, где её ждала огромная семья. Старшая бабушка Дина Шмулевна, глядя на внуков, спросила: «Господи, куда же нам теперь идти?»
21 сентября глава семьи Берл Херцович вместе с сестрой Розой проверил их квартиру в Сталинке. Вечером Роза вернулась и сообщила, что их отец исчез – его забрали немцы. Незия решила на следующее утро искать отца.
Эти события описаны в книге «Чёрная книга» – первом польском издании одного из ранних документов о Холокосте на территории СССР.
Незия вместе с сыном Ильёй обратилась к команданту, который потребовал указать национальность. Узнав, что она еврейка, он выгнал её из помещения.
На Ленинской улице она увидела, как немцы избивают евреев, заставляя их «танцевать» на ногах, а затем принуждают к погрузке тяжёлых ящиков. Люди падали под тяжестью, а охранники били их резиновыми дубинками.
Ужас в городе
22 сентября Киев проснулся от мощного взрыва, а от Хрещатика поднимался густой дым. Немцы вытесняли людей с улиц, собирая их у пожаров. Один из солдат, проходя мимо Незии, крикнул: «Партизан, жид, kaputt!», а на домах появились листовки с угрозой ликвидации евреев, коммунистов, комиссаров и партизан за 200 рублей.
Семья Элгорн переехала в подвал, где они прятались от репрессий. Дворник Павел Довидченко, зная их местонахождение, лишь посмеялся: «Зачем прятаться, вас всё равно выгонят из Киева», а сам совместно с немцами грабил квартиры.
Захваченные и мучённые
Во время поисков своей тещи Гитл Элгорн Незия неожиданно встретила своего отца, задержанного вместе с группой евреев и раввином. Их бросили в сырое подземелье, где многие погибли, но отец и раввин чудом выжили.
22 сентября в городе прошли массовые пытки евреев у уличных гидрантов и в садах. На Днепре в последующие дни находили тела мучеников, включая детей.
26–27 сентября в синагогах, окружённых немецкими пулемётчиками и полицией, собравшиеся евреи исчезли. Их тела позже всплыли в Днепре, а в нескольких местах были найдены мешки с молитвенными принадлежностями, вынесенные волнами реки.
Случай В. Либермана
Пятым днём после оккупации В. Либерман, воспользовавшись тем, что реестр жителей сожжён, попытался выдать себя за караимского жителя, сменив фамилию. 24 сентября, переходя через улицу Короленки, его остановил человек в кепи, потребовавший документы, подозревая в еврействе.
Либерман был отведён в кинотеатр на Хрещатике, где сидели более трёхсот еврейских заключённых – большинство из них пожилые седобородые. Один шепнул ему: «Нас отправят в Сырец, а ночью расстреляют».
В кинотеатре, пока Либерман пытался связаться со своей женой Валентиной, её попытка освободить мужа закончилась тем, что один из офицеров гестапо силой оттолкнул её, и она упала с лестницы, получив травму головы.
Взрыв и спасение
В 14:00 24 сентября рядом с кинотеатром произошёл мощный взрыв. В панике гестаповцы бросились к выходу, а евреи, увидев их бегство, бросились к своим домам. После этого Либерман обнаружил, что его жена сожгла все документы, включая его удостоверение личности.
К ночи Хрещатик горел шесть дней подряд, а 27–28 сентября на стенах домов появились объявленные на украинском и русском языках листовки: «Все евреи Киева и окрестностей, 29 сентября в 7 утра доставьте свои вещи, деньги, документы и тёплую одежду на улицу Дорогожицкую, около еврейского кладбища. За неявку – смертная казнь. За укрытие евреев – смертная казнь». Подписи под объявлением не было – но приказ поставил под угрозу жизни около 70 тысяч человек.
Источники
Все приведённые сведения взяты из книги «Чёрная книга» – первого польского издания ранних документов о геноциде еврейского населения в СССР.
