Ранние годы и происхождение Мухаммада Али Джинна
Мухаммад Али Джинна (1876 г.) родился в семье крупного мусульманского торговца в Карачи. О его родословной существуют противоречивые версии: в Индии считают, что предки Джинны были гуруджийскими индуистами, а в Пакистане – что они пришли из Ирана. Джинна сам никогда не называл себя «Испахани», хотя в то время мусульмане иногда использовали эту фамилию, чтобы подчеркнуть иранские корни.
Некоторые пакистанские исследователи утверждают, что его предки принадлежали к раджпутской касте, а одна из предков вышла замуж за представительницу процветающего кохджийского сообщества Гуджарата. Их потомки стали кохджийскими мусульманами, жившими в относительной религиозной нейтральности.
Образование и начало юридической карьеры
В 1896 г. Джинна сдал экзамен бариста в Лондоне и сразу же начал адвокатскую практику в Бомбее. Он вырос в англоязычной среде, что впоследствии отразилось на его политическом стиле.
Вступление в политику
Дадхабай Науроджи познакомил Джинну с политической ареной. В 1904 г. он присутствовал на двадцатом съезде Конгресса в Бомбее, а в 1906 г. выступил с речью на сессии в Калькутте, где возразил против требований отдельного представительства для мусульман, заявив: «Мусульмане должны получать такие же права, как и индуисты».
Таким образом, в начале своей карьеры Джинна был националистом и противником разделения Индии.
Сотрудничество с Конгрессом и мусульманской лигой
В 1913 г. Джинна стал членом Мусульманской лиги, но одновременно оставался в рядах Индийского национального конгресса – в то время многие политики принадлежали к обеим организациям. В 1916 г. он был избран президентом Мусульманской лиги и активно выступал за единство индуистов и мусульман.
В 1919 г. в парламентском комитете Джинна заявил: «Я говорю как индийский националист». После этого его начали называть «послом единства». Британские власти тоже обратили на него внимание: губернатор Бомбея Джордж Ллойд в письме к вице‑королю Монтегю написал, что Джинна «белый на языке, но черный в сердце», подчеркивая двойственность его позиций.
Отношения с Махатмой Ганди и отъезд из Конгресса
На сессии Конгресса в Нагпуре 1920 г. Джинна назвал Ганди «Махатма», но затем, из‑за неправильного произношения, назвал его «Мистер Гхинди», что вызвало недоразумение и отдалило их друг от друга. 30 сентября 1921 г. Джинна официально покинул Конгресс, хотя оставался сторонником индийского национализма.
Эволюция взглядов и роль в создании Пакистана
Историк Мозли отметил, что до 1920‑х годов Джинна добивался своих целей исключительно законными методами и выступал за совместное будущее индуистов и мусульман. Однако к концу 1920‑х годов его позиция изменилась: он вышел из Конгресса и стал поддерживать идею создания отдельного государства.
В 1933 г. Чаудри Рахмат Али предложил название «Пакистан» для будущего мусульманского государства, но Джинна первоначально отверг эту идею. Позже, по словам Мозли, Джинна стал часто упоминаться вместе с индийской поэтессой Сароджини Наиду, которая, по слухам, влюбилась в него и отправляла любовные письма. Существует версия, что, желая избавиться от навязчивой поклонницы, Джинна переехал в Лондон, где продолжил адвокатскую практику до 1934 г.
Итоги
Мухаммад Али Джинна прошёл путь от индийского националиста, выступающего за единство, к лидеру, который возглавил движение за создание независимого Пакистана. Его личная жизнь, включая отношения с Сароджини Наиду, остаётся предметом спекуляций, но исторические факты о его политической карьере документированы.
